Сегодня
сентября,
понедельник
 
В этот день »»
Ближайшие
памятные даты »»
Приближаются праздники »»
Новости  Архив  Портфель  Авторы  Редакция  Подписка  Где купить  Обсуждение  Коллекции  Галерея памяти  Жизнь Клуба  
главная » Архив номеров » Публикация на сайте

Читайте в Архиве:

Теодор Рузвельт летает на аэроплане братьев Райт

Портфель редактора за 2011 год

11 октября 1910 года американский пилот Арч Хоксси (Arch Hoxey,  исполнитель первого в истории ночного полета) поднял в воздух экс-президента США Теодора Рузвельта.

ЦРУ в истории филателии

Портфель редактора за 2011 год

image001 «Перевёртка ЦРУ» (англ. CIA invert) — филателистическое название почтовой марки США  номиналом в один доллар с браком печати, выпущенной Почтовой службой США  в 1979 году  в серии «Американа» (Americana series). Серия «Американа выпускалась в период с 1975 по 1981 год.

Имя среди имен

Выпуск 4, 2006 год

Н.И. Кузнецов обладал уникальными способностями по освоению немецкого языка и завязыванию знакомств. В 1932 г. он был привлечен органами безопасности СССР к секретному сотрудничеству под псевдонимом «Колонист». С 1938 г. служит в аппарате внешней разведки и готовится к практической работе за границей с нелегальных позиций, а с июля 1941 г. становится сотрудником Четвертого (диверсионно-разведывательного) управления НКГБ СССР.

Полеты В.М.Молотова в Великобританию и США. 1942 год

Портфель редактора за 2011 год

В мае-июне 1942 года Министру Иностранных дел СССР В.М. Молотову и сопровождающим его лицам пришлось, рискуя жизнью, совершить крайне опасный перелет в Англию и США.

 Это был первый полет члена Правительства СССР за рубеж. Визит состоялся по личному распоряжению И. Сталина.

Национальная ассоциация телохранителей (НАСТ)

Выпуск 5, 2007 год

Национальная ассоциация телохранителей (НАСТ) России основана 20 декабря 1995 г. в Москве в целях разработки и утверждения профессионального подхода к обеспечению личной безопасности в России. В основу принципов ее деятельности заложена преемственность лучших профессиональных традиций 9-го Управления КГБ СССР. На начало 2007 г. НАСТ России объединяет 23 региональные организации в восемнадцати регионах страны, от Калининграда до Владивостока. При получении заказов, связанных с обеспечением личной безопасности, НАСТ России единовременно может предоставить до 750 специалистов. В структуру Ассоциации на 2007 г. корпоративно включены 27 частных охранных предприятия.

«Величество должны мы уберечь…» Охрана королевской семьи. Великобритания

Выпуск 8, 2008 год

За сотни лет существования самой известной монархии мира – Королевства Великобритания – ее правители не раз гибли в битвах, теряли жизни в результате дворцовых заговоров и несчастных случаев и даже шли на казнь по приговору суда. Но ни один из британских монархов не пал жертвой покушений, которые против них в разное время замышляли террористы, уголовные преступники и просто безумцы. Некоторые из намеченных в Британии цареубийств сорвались по случайности. Но чаще жизни британским королям спасали их охранники, которым посвящен этот очерк.


Тема Великой Отечественной войны и Победы советского народа в этой исторической эпопее не оставляет равнодушным ни одного цивилизованного человека.

Почтовые марки разных стран - яркий тому пример.

В разделе "На заметку коллекционеру" мы расскажем о наиболее интересных экземплярах филателистического мира.

В Клубе ветеранов госбезопасности создано юридическое бюро для оказания помощи и представительства в правоохранительных органах и судах.

Юридическое бюро


Locations of visitors to this page

«Небываемое бывает»

11 декабря 2012; портфель за 2012 год; без рубрики

Автор публикации: В.Н.Величко

Из книги В.Н.Величко «Очерки истории российской морской лейб-Гвардии»

Рождение «водной» безопасности первых лиц Госу­дарства Российского уходит своими корнями еще во времена Петра Великого. История помнит любовь им­ператора к так называемым «потешным играм» — раз­влечениям шумным, а порой и просто жестоким.

С тверди земной они постепенно спустились на воду — Яузу, Измайловские пруды, Плещеево озеро. Любой участник «развлечений» подвергался риску остаться калекой, а то и вовсе расстаться с жизнью. Царь, полноправный игрок и главный заводила, не был исключением. Однако монаршее положение обязывало его и царскую свиту быть предусмотри­тельными и дальновидными. Даже для водных игр приходилось подбирать суда понадежнее, а коман­ды — поопытнее и посильнее... Постепенно игра пе­реросла в дело общегосударственного масштаба, а соратники и царские гребцы стали родоначальника­ми целого элитного подразделения, призванного ох­ранять и защищать на просторах рек и морей не одно поколение российских императорских семей и их зарубежных гостей.

Впервые «царские гребцы» с представительскими и охранными функциями появляются в Воронеже.

 Готовясь к взятию Азова, Петр I зимой 1695 года начал строительство российского флота. Судострои­тельные верфи расположились на Дону, за 1200 верст от моря, в воронежских лесах. Но русский царь учитывал, что воронежцы уже со времен царя Михаила Федоровича были умелыми плотниками и имели  богатый опыт строительства плоскодонных  речных  судов — стругов.

Более 20 тысяч крестьян и мелких служилых людей (боярские дети, стрельцы, казаки, пушкари) из 20 окрестных городов и сел трудились на воронежских  верфях. Со всей страны на Дон по государеву указу стягивались работники, вербовались за рубежом специалисты морского дела. Сам царь активно участвовал  в работах: и как конструктор, и как простой  плотник, и как контролер.

«Его Величество» — писал Крюйс, — присутствовал в сей работе неусыпно, так с топором, теслом, конопаткою, молотом и мазанием (смолением) кораблей гораздо прилежнее и больше работая, нежели старый и весьма обученный плотник».

На многие километры растянулись по лесистым  берегам  Дона и реки Воронеж стапеля со строящи­мися на них 22 галерами, 4 брандерами и 2 кораблями.

Проверяя качество работ, царь ежедневно проезжал десятки километров по суше и воде. Для перехода со стапеля на стапель он завел для себя несколько гребных судов — шлюпок.

В тот период  судовые шлюпки либо приобретались за грани­цей, либо строились приглашенными в Россию иностранными мастерами. Гребцов на них он на­бирал из своих армейских гвардейцев (Преображенского полка), из проверенных в деле «переяславских  потешных флотилий», а также из вновь формируемых для российского флота морских команд.

Назвал он их «командой царских гребцов». Как одна из  главных перед ними ставилась задача обеспечения  личной безопасности российского государя  на воде.

Руководство этой командой было возложено на доверенное лицо — царского стольника, командира  Семеновского полка, а затем (с 1682 г.) генерал-адмирала Федора Матвеевича Апраксина. Вскоре воз­никла потребность в гребцах и у помощников Петра, в частности у самого Апраксина, осуществлявшего надзор за строительными работами. Потребовались гребцы и для обслуживания прибывающих из Моск­вы и Петербурга высоких должностных лиц, и для приглашенных на верфи иностранцев. Первое время все они использовали «царских гребцов», а затем каждый заимел своих, которых стали называть соот­ветственно: «гребцами адмирала Апраксина», «греб­цами посольской губы» и т. п. Все они входили в со­став команды «царских гребцов».

3 апреля 1696 года в селе Рамонь под Воронежем при торжественном спуске на воду галеры «Принципиум» Петр I впервые использует шлюпки с «цар­скими гребцами» как парадный расчет при переходе с судна на судно. Учитывая торжественность ситуа­ции, гребцы были одеты в короткие фуфайки без рукавов — бостроги — красного, голубого и зелено­го цвета с нашитыми на груди серебряными импер­скими орлами.

Спуск галеры «Принципиум» на воронежской верфи. 3 апреля 1696 г. Худ. Ю.Кушевский

Спуск галеры «Принципиум» на воронежской верфи. 3 апреля 1696 г. Худ. Ю.Кушевский

Воронежские верфи становятся родиной первых российских императорских яхт. С их стапелей со­шли яхты «Святая Екатерина», построенная голлан­дским корабельным мастером В. Геренсом, и «Либе» — корабельный мастер Петр Михайлов (Петр I). Обе яхты вошли в состав Азовского флота.

В начале XVIII века столицей Российского госу­дарства становится Санкт-Петербург.

Малая Гребецкая улица.Фото автора

Малая Гребецкая улица.Фото автора

Интересно, что даже выбор места для возведения северной столицы связан с «царскими гребцами». Буквально за два дня до штурма шведской крепости Ниеншанц (28 апреля 1703 г.) Петр I на шлюпках в сопровождении семи рот преображенцев спускается вниз по реке и производит тщательный осмотр нев­ской дельты в поисках места для строительства но­вой крепости. Выбор пал на небольшой островок у правого берега реки перед широкой речной развил­кой. Его финское название было Енисаари (Йенисаари), что в переводе означает Заячий остров. Там 16 мая 1703 года состоялась торжественная закладка Петропавловской крепости.

 В 1710 году  Петр I окончательно поселился в северной  столице. На берега Невы переезжают из Москвы  царский двор и правительственные учреждения.

Переводятся с  реки Воронеж на Неву и «царские гребцы». Они расселяются в частных домах в западной части  Фомина или Городского острова. Этот  квартал  на Лиговке получает название Гребецкая слобода. Сегодня из пяти Гребецких улиц осталась лишь одна - Малая Гребецкая. 

Но еще живы легенды, что  здесь на городских кладбищах до сих пор сохранились могильные камни с фамилиями похороненных офицеров и  матросов гребецкой команды.

 Ведь вместе с Петром I, охраняя его, «царские гребцы» участвовали  практически во всех морских кампаниях  того  времени и несли серьезные потери.

В  1702—1703 годах они сыграли не последнюю роль во взятии крепостей Ниеншанц и Нотебург.

Взятие шведских кораблей в устье Невы. Худ. Л. Блинов

Взятие шведских кораблей в устье Невы. Худ. Л. Блинов

В начале мая 1703 года Ниеншанц пал. В результате  тяжелого боя в плен были взяты два шведских  корабля -  8-пушечная шнява «Астрильд» и 10-пушечный  галиот «Гедан» с общим составом команд всего в  девятнадцать человек, которые остались в жи­вых  из семидесяти семи матросов и офицеров. Шведская  эскадра под командованием вице-адмира Нумерса, присланная на помощь  уже сдавшейся крепости  Ниеншанц, ушла к родным берегам.

А происходило все так... 6 мая, за сутки до битвы в устье Невы, «Гедан» и «Астрильд», отделившись  от эскадры и войдя в Неву, сделали два условных выстрела, адресованных, по их мнению, шведской крепости. Русские из  захваченного ими Ниеншанца ответили таким же «паролем». Введенные в заблуждение корабли стали на якорь..

В первых числах  октября 1703 г. на борту царской яхты Петр I выбирает место  для строительства фортеции на большой отмели, примерно в версте  от южного берега острова Котлин. Крепость  получила название Кроншлот — «Коронный замок». 

Но Петр, предполагая возможность дальнейшего про­движения шведов к крепости, обдумывает план, способный помешать неприятелю. Помешать, не имея собственного флота? План казался невыполни­мым: пойти в атаку на боевые корабли шведов... на тридцати весельных лодках!

Медаль «Небываемое бывает». Ее автор — первый русский медальер Ф. Алексеев

Медаль «Небываемое бывает». Ее автор — первый русский медальер Ф. Алексеев

Разделились на две части. Цель — не дать шве­дам уйти в море и одновременно штурмовать кораб­ли со стороны реки Ладоги, взяв их на абордаж. Его предприняли ночью, после ружейного и картечного обстрела. Командование возглавляли бомбардир­ский капитан Петр Михайлов и поручик Александр Меншиков. Заметив, что «Гедан» и «Астрильд» нача­ли отчаянно пробиваться к своей эскадре, они отда­ли приказ о штурме, который и решил исход сраже­ния. Сражения, ставшего, по сути, первым боевым крещением для «гвардейского экипажа».

За захват шведских кораблей Петр учреждает одну из первых российских наградных медалей. На лицевой ее стороне выбит портрет государя, на тыльной — надпись: «Небываемое бывает», обрамля­ющая картину боя: два вражеских корабля, окру­женные лодками с петровскими гвардейцами. Ме­даль называется «В память взятия двух шведских судов в устье Невы 6.05.1703 г.». Она имеет специ­альное ушко для нагрудного ношения.

Награды удостоились все участники этой леген­дарной битвы. «Капитану бомбардирскому (Петру Алексееву) за взятие двух неприятельских кораблей дан высший воинский орден Святого Апостола Анд­рея... за тот над неприятелем одержанный авантаж. Тот орден возложил на него... великий адмирал и канцлер граф Головин, яко первый того ордена ка­валер...» — гласит указ, хранящийся в полном со­брании законов Российской империи.

В 1713—1714 годах гребецкая команда участвует в захвате Гельсингфорса (Хельсинки), Борго и Або (Турку).

За Гангутский бой (27 июля 1714 г.), в котором русский галерный флот победил шведскую эскадру, сломив вековое господство шведов на Балтике, офицеры и матросы царской гребецкой команды, входившие в экипажи галерного флота, получили серебряные наградные медали.

22 июля 1716 г. на шняве «Принцесса» при проведении рекогносцировки к северу от Копенгагена до Ландкроны придворные гребцы вместе с Петром I попадают под обстрел шведских батарей.

Царь Петр постоянно в делах и сражениях. Первым с гранатой в руке на палубу «Астрильд» взобрался  сам Петр, принудив шведов к сдаче.

Гребецкая команда приобретает боевой опыт, навыки обеспечения безопасности создателя флота российского в боевых условиях.

С 1710 года непосредственное руководство «царскими гребцами» Петр 1 возложил на другого своего сподвижника — Ивана Федосеевича Боциса. Выходец из Далмации, начинавший морскую службу венецианском флоте, он отличился и на службе российского императора, за военные заслуги и личную преданность он  пользовался безграничным уважением и доверием Петра I. В январе 1711 г. за обеденным столом на свадьбе государя он занимал «отцово место» — по левую руку его величества. С тех пор время морских прогулок на шлюпке государя всегда  сидел на руле пожалованный графским титулом  контр-адмирал И. Ф. Боцис.

Создавая свой «новый Амстердам» — город мастеров и ремесленников, Петр осуществляет градозастройку в основном по берегам Невы. Река становится осью города и центром городской жизни. Практически все городские сооружения соединяются рекой или каналами, и поэтому каждый из н имеет пристань либо искусственные бассейны «гаванцы», приспособленные для приема малых судов — шлюпок, бойков, буеров, вереек, рябитов  и т. п. Имеют небольшие гавани Летний и Зимний дворцы Петра, дворец Меншикова в Ораниенбауме.

Проект реставрации «гаванца» Летнего дворца. Перспективный рисунок. Место, где располагался «гаванец» Летнего дворца Петра 1.Фото автора

Проект реставрации «гаванца» Летнего дворца. Перспективный рисунок. Место, где располагался «гаванец» Летнего дворца Петра 1.Фото автора

Являясь на царские церемонии, гостям полага­лось не приезжать, а подплывать на собственных су­дах. За прибытием гостей наблюдали «царские греб­цы», обеспечивая порядок и безопасность меропри­ятий.

Приучая своих подданных к морскому делу, к воде, к хождению на гребных и парусных судах и их исправному содержанию, Петр I создает частный (партикулярный), так называемый «Невский флот».

Представители высшей знати «безденежно, в вечное потомственное владение» получили от него по яхте, весельной барке и по небольшой лодке. Персоны второго ранга — по буеру и маленькой лод­ке, более низких рангов — по маленькой лодке. Все­го было роздано более 140 различных парусно-греб­ных судов. У самого Петра были 24 личные яхты.

Каждый зажиточный петербуржец был обязан построить приличествующее его положению судно. Строительство частных судов шло на партикулярной верфи на берегу реки Фонтанки, напротив Летнего сада. Она состояла в ведении интенданта И. Потем­кина, которого остряки тотчас нарекли «Невским адмиралом».

В воскресные и праздничные дни эти суда по специальному пушечному сигналу выходили на Неву и должны были отрабатывать технику хожде­ния на веслах и под парусами. Такие своеобразные парады на Неве проходили в присутствии самого Петра. Владельцы судов, не вышедших на учения, подвергались крупным денежным штрафам, а те, кто доводили свои суда до нерабочего состояния, должны были построить новые за собственный счет.

Такими мерами Петр приучал соотечественников не только к воде, но и к порядку, что для русского человека было совсем не лишним. Идеи приобще­ния подданных к морю и жизни близ воды вели Петрову мысль к всевозможным хитростям.

Так, император принял очень «остроумное» решение: вовсе не строить мостов через Неву. За период сво­его царствования он так и не разрешил возвести в Петербурге ни одного моста. Жители города вынуждены были переправляться через невские воды на частных судах — переправах и лодочных перевоза*

«Исключений не делалось ни для кого. Сам А. Д. Меншиков переезжал реку в огромной золоченой лодке, обтянутой изнутри зеленым бархатом. Ладью вели 12, иногда — 24 гребца.

В свите светлейшего князя находилось 22 гребца и 39 матросов. Даже отправляясь в ссылку в Ранненбург— крепость близ Воронежа, он забирает с собой  всех гребцов.

В 1726 г. в штате служителей его дворца на Bacильевском острове числилось 2 шкипера, 39 матросов  и 22 гребца».

Только через два года после смерти Петра I по распоряжению Меншикова, напротив его дворца на  Васильевском острове был сооружен плашкоутный Исааковский мост.

Для плавания же по служебным делам высокопоставленных особ и начальствующих лиц Петр приказал выделить несколько шлюпок с гребцам.  В 1715 году, соединив этих гребцов со своими - «царскими», император создал «придворную rpeбецкую  команду», которую в 1716 году подчинил npидворному интенданту Петру Мошкову.

Выбор этот не был случайным. Сын царского денщика, Петр Мошков пользовался особым доверием при дворе, заведуя личным хозяйством царя. Отныне «придворная гребецкая команда», ставшая, по сути, предшественницей  морской лейб-гвардии, находилась в ведении Адмиралтейств-коллегии.

С начала создания регулярного флота русские моряки не имели специального обмундирования были одеты в обычную гражданскую одежду различных  фасонов и цветов. Это создавало множество сложностей в управлении, поддержании порядка дисциплины среди экипажа кораблей и судов. Впервые унифицированную одежду стали выдавать в 1701 году в московской Навигацкой школе, а в 1707 году ввели мундиры для придворных гребцов.

В этот период гребцы придворных шлюпок но­сили кафтаны без воротника белого, синего или красного цвета, украшенные пуговицами и позумен­том. Такого же цвета были и штаны. С этой формой полагалось носить белый галстук, белые чулки и черные штиблеты. Голову венчала шляпа с высокой тульей и широкими полями.

Форменная одежда придворных моряков сохра­нялась и после смерти Петра.

Море, так любимое Петром I, было и одной из причин его смерти. В ноябре 1727 г., увидев терпящий бедствие бот с солдатами и матросами, Петр, уже давно прихварывавший, бросился в шлюпку и, стоя по пояс в ледяной воде, стал распоряжаться спасением людей. От сильной простуды его болезнь усилилась, и спустя два месяца, 28 января 1725 года в первой четверти шестого утра, в муках он скончался.

Его супруга Екатери­на I, продолжая традицию, часто совершала прогул­ки на шлюпке по Неве, присутствовала при спуске на воду построенных кораблей и галер. С момента ее воцарения в 1725 году «придворные гребцы» пе­реходят в ведение Собственной Ее Величества кан­целярии. Команда подчинялась только императрице и действовала по ее поручениям или от ее имени.

Случаем вознесенная на российский престол герцогиня Курляндская Анна Иоанновна в первые дни своего царствования, будучи подозрительной по натуре и опасаясь за свою жизнь, оказывает особое внимание собственной лейб-гвардии. Гвардейцы угощаются водкой прямо из рук Ее Величества, по­лучают от нее подарки и награды. Увеличивается число офицерских должностей, а жалование возрас­тает чуть ли не вдвое. Однако любовь к родной Кур­ляндии заставляет императрицу усомниться в на­дежности русской лейб-гвардии. Все больше она ви­дит опору в иноземцах и постепенно «расчищает» для них пространство вокруг себя.

В противовес «старой» гвардии — Преображен­скому, Семеновскому полкам и кавалергардскому корпусу, — Анна Иоанновна учреждает третий пе­хотный полк гвардии— Измайловский и конный Драбантский (конногвардейский) полк, офицеры которых были большей частью иностранцами, лично  преданными императрице.

Анна Иоанновна при этом была совершенно безразлична к флоту. За время ее правления не было построено ни одной новой яхты. Не осталось в истории  сведений о каких-либо ее морских путешествиях.

Служившую Петру I гребецкую команду Анна Иоанновна переводит под начало цесаревны Елизаветы Петровны. В этот период петровские придворные гребцы стали именоваться «комнатными Ее Высочества гребцами». Для своих нужд любящая всевозможные торжества и развлечения императрица  приказала набрать особых, только ей преданных npидворных гребцов, отличавшихся большим ростов силой и статью. Тем более что, по описаниям современников, сама царица обладала таким ростом, что на целую голову возвышалась над любым мужчиной.

В отличие от прежней команды офицерам и матросам полагалось носить на одежде особые знаки.

Акварель. Придворная гребецкая команда императрицы Елизаветы. 1732-1739. ЦВММ

Акварель. Придворная гребецкая команда императрицы Елизаветы. 1732-1739. ЦВММ

Цесаревна Елизавета, стремясь следовать заветам отца, проявляла большую заботу о своих гребцах, имела особое к ним расположение как к команде, учрежденной ее знаменитым родителем. В числе этих гребцов находилось еще немало тех, кто служил лично Петру. Елизавета Петровна увеличила их жалование до 33 рублей 10 копеек в год. По тем временам это была весьма значительная сумма. Некоторых из них она сделала своими личными телохранителями.

Находившиеся в распоряжении императорского двора яхты летом базировались в Петергофе, в царском имении Александрия, входящем сегодня в музей-заповедник «Петергоф». И по сей день там существует уходящая далеко в море каменная насыпь служившая когда-то пирсом для императорских яхт.

С приходом на российский престол Елизаветы Петровны комнатные и придворные гребцы снова были объединены в «придворную гребецкую команду», принимавшую участие во всех придворных празднествах.

С придворной яхтенной командой связаны и последние дни краткого царствования Петра III. Узнав об осуществленном в Санкт-Петер­бурге государственном перевороте, император со свитой на галере и яхте пытается добраться до Кронштадта. Укрывшись в этой мощной морской крепости, он надеется на помощь своих голштинских войск.

Петр III вместе с 29 наиболее преданными ему царедворцами вышел в море на быстроходной при­дворной галере. На императорской яхте его сопро­вождали еще 18 человек. Охрана и прислуга находи­лись в трюмах, в местах расположения кухни и погреба. Шли быстро. На веслах и парусах. К Крон­штадту прибыли уже к часу ночи. Но было поздно. Гарнизон крепости, сухопутные команды и мор­ские экипажи успели присягнуть в верности Екате­рине II.

Вход в гавань был перекрыт бонами. В ответ на требование дать возможность галере и яхте войти в крепость Петр III услышал лишь грубую брань.

С воцарением Екатерины II (1762—1796) закон­чился 37-летний период упадка любимого детища Петра Великого — российского флота.

Изучив петровские проекты совершенствования флота, новая императрица осенью 1763 года учреди­ла «Морскую российских флотов и адмиралтейско­го правления комиссию для приведения оной знат­ной части в настоящий добрый порядок».

Коснулось это и придворных гребцов. Были ут­верждены новые штаты. Для морских путешествий создана «придворная яхтная команда». Офицеры и нижние чины получили новую красивую форму.

На стапелях Адмиралтейства Санкт-Петербур­га строятся две двухмачтовые 12-пушечные при­дворные яхты под одним названием — «Счастье».

 В 1764 году со стапелей сходит яхта, подаренная императрицей восьмилетнему великому князю Павлу Петровичу, назначенному генерал-адмиралом  российского флота.

Через десять лет мастер В. Селянинов заканчивает  постройку яхты, предназначенной для императрицы. Яхта больших размеров, с богатым позолоченным наружным декором, внутренние помещения отличаются роскошной отделкой.

Характерно, что с начала августа 1778 года  до конца сентября 1780 года (по другим данным с 1777 по 1780 г.) яхтой «Счастье» командовал величайший  русский флотоводец Федор Федорович Ушаков.

Увлекающаяся, смелая до безрассудства Екатерина II часто совершает длительные морские путешествия. Яхты «Счастье» и «Святая Екатерина» становятся ее любимицами. На них она довольно час выходит в море, устраивая смотры Балтийского флота, а то и просто для прогулок.

Для морских путешествий Екатерина II выделила из придворной гребецкой команды «придворную яхтную команду», укомплектовав ею морские суда

Долгое бездействие отрицательно сказалось на профессиональной подготовке морских гвардейцев. Летом 1778 года во время смотра Балтийского флота у Красной Горки новенькая яхта императрицы «Счастье» столкнулась с яхтой «Петергоф». «Удар был так силен, что все находившиеся с императрицей объяты были внезапным страхом, одна только Екатерина не  изъявила ни малейшего признака робости».

Екатерина II запретила наказывать капитана корабля, но в дальнейшем Адмиралтейств-коллегия  назначала командирами императорских яхт наиболее опытных офицеров.

Не остались без дела и придворные гребцы. В 1767 году состоялось полуторамесячное «путешествие в Азию», то есть по Волге от Твери до Казани. Было пройдено 1410 верст. Для путешествия императрицы костромскими корабелами в Твери была построена 11-баночная галера «Тверь».

Герб Костромы

Герб Костромы

Это прекрасное во всех отношениях судно было около 39 метров в длину, с шириной корпуса 5,75 ­метра, а корма возвышалась над основной плоско­стью галеры на 7 метров. Палуба вмещала предназна­ченные для смотров восемь пушек. Каюты для импе­ратрицы и царской свиты, обустроенные в трюме, освещались восемью прямоугольными окнами.

Костромские умельцы сделали галеру так доб­ротно, что на ней даже через полтора столетия уда­лось обнаружить лишь незначительные трещины от рассыхания, хотя свыше века она хранилась на от­крытом воздухе, подвергаясь всем атмосферным воздействиям.

Пазы и стыки палубного настила были подогнаны настолько плотно, что их не стали, как полагалось тогда при постройке, конопатить и смолить. Недаром Екатерина II утвердила герб Кос­тромы с изображением на нем золотой двухмачто­вой галеры, плывущей по реке. Более того, на гер­бах многих городов Костромской губернии можно узнать корму все той же галеры «Тверь».

В этой водной прогулке участвовало 25 судов, а в свите было «близко двух тысяч человек всякого звания». Самую многочисленную группу в походе составляли гребцы.

В 1785 году Екатерина еще раз путешествует по Волге, пройдя 600 верст. Осматривает Вышневолоц­кий канал, Тверские шлюзы, Боровицкие пороги. Императорскую галеру сопровождают более 30 мел­ких судов.

Весной 1787 года началось приуроченное к 25 - летию царствования Екатерины II ее грандиозное, длиною в шесть тысяч верст, путешествие в Крым. Выехав в конце апреля, вельможные путники пере­сели из карет на суда (80 судов и 3000 матросов и солдат) и пустились вниз по Днепру.

«Впереди шли семь нарядных галер огромной величины, искусно расписанных... Комнаты на палубах блистали золо­том и шелками... На каждой галере была своя музы­ка». Особенности судоходных условий Днепра усложнили путешествие. Утром 29 апреля император­скую галеру сильное течение прижало к берегу. Неоднократно приходилось снимать с мелей и другие галеры. Путешествие по Днепру вместо заплани­рованных девяти продолжалось 14 дней. Но это ни­чуть не испортило настроения императрицы. Она осталась довольна работой придворных гребцов.

Апогеем путешествия был прием императрицы Екатерины II в Крыму. Командующий черноморским флотом и на­чальник севастопольского порта граф М. И. Войнович изо всех сил старался угодить императрице. А в этом деле граф был профессионалом — с 1778 по 1780 год он руководил придворными гребцами.

Адмирал Н. Д. Синявин вспоминает в своих за­писках: «Для обслуживания императорских судов (шлюпок) гребцы были подобраны, как говорится, молодец к молодцу. Росту были не менее 10 верш­ков, прекрасны лицом и собой, на правой стороне (судна. — В. В.) все были блондины, а на левой — все брюнеты.

Одежда их была: оранжевые атласные широкие брюки, шелковые чулки; в башмаках; тонкие полот­няные рубашки, галстук тафтяной того же цвета, пышно завязан; а когда люди гребли, тогда узел гал­стука с концами закинут был за спину. Фуфайка оранжевая, тонкого сукна, выложена разными узо­рами черного шнура, шляпа круглая с широким га­луном и кистями и султан страусовых перьев. Катер блистал от позолоты и лаку».

Не подкачала и профессиональная подготовка, которой адмирал граф Войнович лично посвящал несколько часов в день.

Именно в связи с этим Войновичу обязана сво­им официальным названием пристань, ставшая до­стопримечательностью Севастополя. Пристань, от которой Екатерина II должна была отойти на кате­ре для проведения смотра черноморской эскадры, при строительстве была именована в честь императ­рицы Екатерининской.

Ежедневно в течение месяца дважды в день граф Войнович репетировал порядок отправления импе­ратрицы от пристани и ее возвращения. С каждым днем церемония становилась все более отточенной

Формально же создание морской лейб-гвардии связано с историческим событием 1807 года, когда во время переговоров в Тильзите на реке Неман произошла встреча императоров Александра I и На­полеона I. Чтобы Александру не пришлось ехать на захваченный французами берег Немана, а Наполео­н - на русский берег, на самой середине реки французские солдаты соорудили из двух больших барж огромный плот. На нем был построен двух­комнатный домик, украшенный вензелями «N» и «А» из живых веток и цветов. В одной из комнат должны были встречаться императоры, а в другой — разместиться их штабы.

В жаркий полдень 25 июня одновременно от ле­вого и правого берегов к месту встречи отчалили шлюпки с российским и французским императора­ми.

Шлюпка Наполеона выглядела великолепно: балдахин из пунцового бархата с золотыми кистями, украшенный короной и императорскими эмблема­ми, двенадцать гребцов из созданного в наполео­новской гвардии батальона гвардейских моряков — гвардейского флотского экипажа, сопровождавшего Бонапарта в его походах и служащего для переправ через реки и для водных сообщений. Кроме того, французские моряки были отлично одеты, гребли слаженно и умело.

Шлюпка Александра I значительно уступала на­полеоновской, и не только своим внешним видом. На веслах сидели донские лейб-казаки, хотя рослые и лихие, но практически не обученные гребле. Шлюпку постоянно сносило течением, и русский император добрался до плота значительно позже Наполеона. Более того, русская шлюпка подошла не бортом, а неуклюже ткнулась в понтоны носом, а это затруднило сход Александра I на плот. Все это происходило на глазах у тысяч любопытных жите­лей Тильзита и французских военных, огромная толпа которых заполнила левый берег Немана, что, естественно, серьезно испортило настроение всегда точному и аккуратному российскому императору.

Возвратясь в Петербург, Александр не забыл этого конфуза и тотчас распорядился объединить при­дворную яхтенную и гребецкую команды. Он офи­циально причислил их к лейб-гвардии и назвал новую са­мостоятельную воинскую часть морским Гвардей­ским экипажем.

Энциклопедии определяют, что название Ле́йб-гва́рдия  идет от немецкого Leibgarde.  Leib — тело + лат. guardia — защита, охрана — почётное наименование отборных воинских частей, предназначенных для охраны особы и местопребывания монарха.

Первым командиром нового гвардейского под­разделения был назначен контр-адмирал Иван Пет­рович Карцов, уже имевший опыт руководства при­дворной яхтенской и гребецкой командой.

Контр-адмирал И.П.Карцов

Контр-адмирал И.П.Карцов

Экипаж был полностью сформирован 16 февра­ля 1810 года. Он состоял из четырех (впоследствии восьми) рот численностью около ста человек в каж­дой, артиллерийского отделения с двумя полевыми орудиями, нестроевой ластовой (транспортной) роты и музыкального хора (оркестра). При формировании Гвардейского экипажа в распоряжение его командира поступили: из команд придворных греб­цов — 116 человек; от морских команд Кронштад­та — 84 человека; от черноморского флота — 30 че­ловек; с яхт — 84 и из прочих морских команд — 99 человек.

Как и вся гвардия, морские гвардейцы были только русской национальности. Но этим тре­бования, предъявляемые к претендентам на звание царских матросов, не ограничивались. Во многом решающим был внешний вид. Предпочтение отдава­лось людям «великорослым и видным, а также чис­тым лицом».

Надо сказать, что до последних дней существо­вания Российской империи при «разбивке ново­бранцев 1-го сорта», то есть молодых людей ростом в одиннадцать вершков и выше, в первую очередь пополнялись ряды морских гвардейцев.

Граф А. А. Игнатьев в своих мемуарах «50 лет в строю» писал: «...Самые рослые и могучие достава­лись Гвардейскому экипажу, чтобы с достоинством представлять флот на весельных катерах царских яхт. Рослые новобранцы видом погрубее попадали в преображенцы, голубоглазые блондины — в семеновцы, брюнеты с бородками — в измайловцы, ры­жие — в московцы. Все они шли на пополнение первых, так называемых царевых рот».

Каждого предварительно отобранного для служ­бы в морской гвардии офицера или матроса пред­ставляли командовавшему гвардией великому князю Константину Павловичу, а затем — лично императо­ру. Только с его санкции кандидат зачислялся в эки­паж. Непригодные для службы в нем отсылались обратно за счет командира, представившего канди­дата. Неудачный выбор мог стоить просчитавшему­ся начальнику служебной карьеры.

Так морской Гвардейский экипаж постепенно стал символом морского могущества Российской империи. Ежегодно, с ноября по май, боевые кораб­ли Балтийского флота стояли вмерзшие в лед. Зато Гвардейский экипаж хоть на плацу, хоть в коридорах дворца мог в любое время показать, что военно-морские силы — на страже Отечества и по выучке не уступают ни гренадерам, ни егерям.

Так как Гвардейский экипаж нес службу и на море, и на суше, ему было вручено знамя сухопут­ного образца. Однако на гербе экипажа за спиной двуглавого орла перекрещивались изображения двух адмиралтейских якорей.

Расквартированные в Санкт-Петербурге гвардей­цы расположились в казармах на Екатерининском канале (ныне — Екатерининский проспект, 22).

Они же стали и обладателями особой форменной одеж­ды, отличной от общефлотской, с элементами об­мундирования сухопутных  гвардейских полков, но несколько иной цветовой гаммы.

Казармы Гвардейского экипажа на канале Грибоедова. Фото Карла Буллы. 1900-е годы

Казармы Гвардейского экипажа на канале Грибоедова. Фото Карла Буллы. 1900-е годы

Морской костюм гвардейца представлял собой двубортный, туго облегавший тело мундир темно-зеленого, почти черного цвета, с двумя рядами пу­говиц, высоким стоячим воротником и фалдами фрачного покроя. Длинные брюки могли быть бе­лыми или черными, в зависимости от времени года. Головным убором как у офицеров, так и у нижних чинов служил кивер. В отличие от других флотских экипажей нижние чины гвардии носили красные суконные погоны на обоих плечах. Красная выпуш­ка, присвоенная форме одежды Гвардейского экипа­жа, дожила до 1917 года, так же как и белый кант на мундирах. Для первой зимы сухопутную форму экипажу дал лейб-гвардии Финляндский полк.

По штату морским гвардейцам были положены боевые средства и имущество сухопутного образца с включением шанцевого инструмента и обоза. До 1905 года матросы Гвардейского экипажа носили и палаши, замененные позднее тесаками.

Часть экипажа плавала на боевых кораблях Бал­тийского флота, чтобы не утратить свою морскую квалификацию.

Казармы Гвардейского экипажа. Литовский замок. 1900 год

Казармы Гвардейского экипажа. Литовский замок. 1900 год

К 1910 году гвардейцами были укомплектованы крейсер «Олег», эсминцы «Войско­вой» и «Украина», а также посыльные суда «Развед­чик» и «Дозорный».

Во время Первой мировой войны экипаж крейсера «Варяг» также полностью состо­ял из моряков-гвардейцев.

Содержание всех упомя­нутых кораблей и организация службы на них все­гда были образцовыми.

В летнее время личный состав Гвардейского эки­пажа нес службу на императорских яхтах «Штан­дарт», «Полярная звезда», «Александрия», «Царев­на», «Марево», посольских судах; обслуживал плав­средства загородных дворцов, сопровождая государя и членов его семьи на морских прогулках и в загра­ничных визитах.

Зимой экипаж находился в Петербурге и сначала размещался в Галерной гавани, а затем в Литовском замке, выполняя функции сухопутного гвардейского батальона. Участвовал в парадах; нес караульную службу по охране императорского дворца, правитель­ственных зданий и учреждений; исполнял гарнизон­ные наряды; занимался строевой подготовкой и т. п. Последнее было необходимо. Новые гвардейцы при­бывали в экипаж с кораблей, и их строевая подготов­ка не отвечала требованиям столичных парадов и смотров. Для устранения этого существенного недо­статка из сухопутных гвардейских полков были при­сланы инструкторы, которые занялись интенсивным обучением моряков строевой службе, вопрос этот лично контролировал великий князь Константин Павлович.

 По свидетельству материалов Российского государственного архива ВМС, «...люди Экипажа, со­храняя ловкость и искусство требований корабельной службы, приобрели вместе с тем выправку и вынос­ливость гвардейского солдата, в чем неоднократно соревновались с последними и на смотровом поле, и на поле битвы. Принятый с основанием Экипажа большой шаг при прохождениях поражал и приводил всегда всех в удивление и восторг».

6 января 1810 года состоялся первый высочай­ший смотр всему Экипажу. Государь остался дово­лен внешним видом и выучкой гвардейцев, пожало­вав всем офицерам ордена, а матросам — по 10 руб­лей ассигнациями каждому.

Боевое крещение экипаж получил в Отечествен­ной войне 1812 года. Тогда он выступил в поход об­щей численностью 446 человек, из которых офице­ров было 14, а нижних чинов — 432 человека.

Император, провожая свою гвардию до Москов­ской заставы, выкрикнул проходившим мимо него морякам-гвардейцам: «Прощайте, ребята! Надеюсь, что я не ошибся, взявши вас с собой, и что вы по­кажете мне вашу службу!»

Следуя в арьергарде, Гвардейский экипаж ис­пользовался при наведении переправ и укреплений. Он выполнял эти сугубо солдатские задачи весьма успешно. Так, за мастерские действия при наводке мостов в районе Дрисны в присутствии Александ­ра I морякам были пожалованы от императора де­нежные премии. Прославились гвардейцы экипажа и 16—18 августа 1813 года в кровопролитном сра­жении под Кульмом в Богемии. Моряки успешно отразили атаки французского корпуса Вандама, пытавшегося отрезать путь русской армии в Теп­лиц.

В феврале 1910 года в ознаменование 100-летия существования морского Гвардейского экипажа и 200-летия со дня основания придворной гребецкой команды был учрежден нагрудный знак. Он пред­ставлял собой Кульмский крест с вензелем импера­тора Николая II и датами 1710—1810—1910 на пра­вом, левом и нижнем его лучах. Кульмский крест и Георгиевская лента имелись также на памятном же­тоне морского Гвардейского экипажа.

Гвардейский экипаж был тем подразделением, где впервые внедрялись те флаги, элементы формы и атрибутики, которыми гордились советские моряки и до сих пор гордятся моря­ки российского военно-морского флота.

Учреждая Невский флот, Петр I повелел «под от­ветственность строгой кары», чтобы все шкиперы и владельцы судов в российских морях носили непре­менно флаги на своих судах.

Однажды Петр прогу­ливался на своей шлюпке по Неве. На руле нахо­дился И. Ф. Боцис, который и обратился к царю: «Царь! Ты повелел строго карать каждого шкипера и судовладельца, идущего не под флагом на своем судне. Между тем ты сам катаешься без флага». По­считав замечание Боциса справедливым, Петр I в том же 1710 году «положил своим шлюпкам особый флаг» следующего рисунка: в середине флага Андре­евский крест на белом фоне, а вверху и внизу шли горизонтальные полосы русских цветов — синяя, бе­лая, красная.

Нижние чины Гвардейского экипажа на борту императорской яхты «Полярная звезда». ЦВММ

Нижние чины Гвардейского экипажа на борту императорской яхты «Полярная звезда». ЦВММ

Вскоре этот флаг сделался флагом для всех военных судов. Через некоторое время полосы были сняты, остался лишь Андреевский крест, четы­ре луча которого символизируют четыре русских моря — Белое, Каспийское, Черное и Балтийское. Таким образом, царские гребцы получили свой флаг, ставший со временем флагом всех военно-морских судов. А сине-бело-красный флаг стал флагом судов гражданских.

Моряки Гвардейского экипажа, отличившись в русско-турецкой войне 1877—1878 гг., первыми на российском флоте стали носить на фуражках-беско­зырках черно-оранжевые Георгиевские ленты с над­писью «Гвардейский Экипаж». А  с 21 февраля 1887 года впервые на российском флоте у нижних чинов морских гвардейцев  появились знаменитые три узкие белые полоски на синих воротниках и си­них же обшлагах белых рубах.

Поставьте закладку на эту страницу или добавьте материал на блог:

«Академия русской символики «МАРС»

© Перепечатка и иное воспроизведение материалов сайта и альманаха без письменного разрешения редакции ЗАПРЕЩЕНЫ!

© AVE-студия (Артур Вецкус): разработка и поддержка.

Каталог@MAIL.RU - каталог ресурсов интернет Rambler's Top100   Яндекс.Метрика